electromontag с 1991 года Огромный ассортимент. Высокое качество. Доступные цены
проверка заказа
torg@electro-mpo.ru

+7 (495) 795-3775

+7 (495) 363-3773

Мобильная версия сайта

Газета ЗАО МПО «Электромонтаж»

Газета "МПО ЭЛЕКТРОМОНТАЖ" март 2009

В номере

Русский Леонардо

Русский Леонардо

Павел Александрович Флоренский известен как представитель блестящей плеяды русских религиозных философов начала ХХ века, но гораздо меньше – как изобретатель одного из сортов карболита (пластмасса, из которой и по сей день делают корпуса выключателей и розеток), один из разработчиков плана электрификации – ГОЭЛРО, позволившего сделать советскую Россию индустриальной державой. Он занимался свойствами диэлектриков и полупроводников, занимался подсчетами свободной энергии в пустом пространстве, разрабатывал основы строительства на вечной мерзлоте, предложил использовать йод с молоком как медицинский препарат в радиологии.

Он являл собой тип учёного-энциклопедиста, иногда его называют «русский Леонардо».

На рубеже веков, в 1900 году Павел, 18-летний сын инженера-путейца, поступил на физико-математический факультет Московского университета, но одновременно слушал лекции на историко-филологическом факультете. В 1904 году он окончил университет, и тут же поступил в Московскую духовную академию. Выпустился в 1908, остался там преподавать, стал профессором, принял сан священника и работал в академии до революции 1917 года.

В 1914 году защитил диссертацию «Духовной истине опыт православной теодицеи» насыщенную естественнонаучными и оккультными реминисценциями, математическими экскурсами и аналогиями. Редактировал журнал «Богословский вестник».

После 1917 года попытался остаться в стороне от большой политики, не поддерживал ни Белое движение, ни идеи большевиков. Однако поступил на службу новой власти – учёным секретарём комиссии по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой лавры. Одновременно читал лекции по физике и математике в институте Народного образования в Сергиевом Посаде, преподавал во ВХУТЕМАСе (художественно-технические мастерские).

С 1920 г. П. А. Флоренский работал на московском заводе «Карболит», заведовал Отделом материаловедения во Всесоюзном электротехническом институте, написал серию статей в «Техническую энциклопедию».

На советскую госслужбу ходил в подряснике.

В 1927 году был выслан в Нижний Новгород, где работал в знаменитой радиотехнической лаборатории. В 1933 году был осуждён на 10 лет без каких-либо конкретных обвинений, и в 1937 году расстрелян.

В заключении написал книгу «Предполагаемое государственное устройство в будущем». Это государство он видел сочетающим государственную и частную собственность. Не нужно ни партий, которые будут руководить чем-то, ни партий, которые позиционируют себя против.

Он считал, что февральская революция, если бы она остановилась на этом этапе, принесла бы России больше вреда, чем Октябрьская. Он выступал против демократизма, как изжившего свою форму в Европе и в России, и вообще считал, что политика – это дело специальное, в котором может участвовать только специалист. Более специальное, чем медицина, химия или электротехника.

Ядром философских и технических воззрений П. Флоренского является идея органопроекции, согласно которой техника создается по образцу живого организма, а орудия являются его продолжением.

Например, он обращает внимание на сходство между нервной системой и электроприборами, утверждает, что электричество объединяет в себе все прочие виды энергии: это «универсальная физическая причина», которая лежит «глубже разделения отдельных видов энергий» и даже разделения материи и энергии. Это нечто похожее на то, о чем говорят эзотерические учения, — «частный случай первоматерии или перво-силы, которая есть носитель не только всех физических, но и оккультных явлений мира...» Поэтому «понятна теснейшая связь между явлениями, связывающими психику и электричество, которое играет при этом роль «всепричины», «перво-силы».

Мысль об электричестве как «перво-силе вселенной» в начале ХХ века захватила и учёных, и инженеров, и политиков, с ним связывали и в буквальном смысле светлое будущее человечества, и в общественном: коммунизм виделся как советская власть плюс электрификация всей страны.

В 1932 г. П. А. Флоренский начал готовить издание «Курса электротехнического материаловедения», прочитанный им ранее студентам Всесоюзного электротехнического института. Само возникновение этой дисциплины он прямо связывал с новой культурой, которую он характеризовал как «объективную» по своим установкам, и подходил к этому вопросу он не только с практических позиций, но и с точки зрения теории организации науки и даже методов отбора кадров для электротехнического материаловедения.

— Особый характер наступающей новой культуры, с одной стороны, проявляется в активном подходе к материалам, а с другой — нуждается в таком подходе. Опираясь на электричество как на основной вид энергии, новая экономика выдвинула требование на специальные электротехнические материалы – говорил он в этом Курсе, изобилующем реминесценциями из истории, философии, искусствоведения, богословия.

— Необходимость рационализировать отвечающую этому требованию область промышленности была причиной возникновения понятия и термина новой дисциплины, предмет которой – выяснение общих оснований рационализации электроматериальной промышленности.

Священник, богослов и религиозный философ, Флоренский стал родоначальником столь материальной науки. И напротив, ученый и практик, сотрудник ГОЭЛРО, он совмещал сугубо научное понимание электрической энергии с метафизическим и мистическим ее толкованием. Он считал, например, что все физические, геологические и биологические процессы на Земле взаимосвязаны как разные функции одного организма, всё человечество играет роль мозга, тела всех людей входят составной частью в тело Земли, а их души — в активную и творческую душу Земли и через неё — в сообщество планетарных и звездных душ, в космическую иерархию, ведущую к Богу. И всё же говорил о себе: «Я весь в Гёте-Фарадеевском мироощущении и миропонимании... Ближе к действительности, ближе к жизни мира – таково моё направление».

Он всю жизнь искал единства и полноты бытия, в котором каждая деталь пронизана высшим смыслом. Он не просто хотел соединить пути науки и веры: он жил так, как если бы они никогда не расходились.